Немецкий штык "Бучер" с пилой

Коллекционный штык-нож периода Первой Мировой Войны. Эта редкая разновидность штыка образца 1898/1905 года (старого типа) с сохранившейся пилой и кожаными ножнами. Саперный штык согласно уставу поставлялся в части сапёров и железнодорожные войска, а также составлял 6% от штыков в пехотных частях.

По традиции, в пехоте он в основном (но не всегда) выдавался унтер-офицерам.

В штыковой атаке раны от него были крайне не гуманны, если вообще раны от штыка можно так характеризовать... И с такими штыками в плен не брали, немцы старались избавиться от пилы (спиливали, как правило). Выпускался этот штык сего до 1915 года. Клеймение оружейной мастерской SIMSON&Co SUHL из города Золинген на клинке. Фиксатор в рабочем состоянии. Оригинальные деревянные накладки.  Клинок штыка однолезвийный, с долом с обеих сторон, расширением в нижней трети и пилой на обухе. Боевой конец двулезвийный.

Рукоять образована двумя деревянными щечками, скрепленными с хвостовиком двумя винтами. Отверстие для чистки паза в рукояти прямоугольное, расположено в щечках рукояти, рядом с крестовиной. В головке рукояти Т-образный паз с цилиндрическим расширением и пружинная защелка с внутренним расположением спиральной пружины.

Крестовина с загнутым назад концом. Ножны кожаные с железным прибором, состоящим из устья с крючком и наконечника с шариком на конце или железные с крючком и шариком на конце.

На головке рукояти, обухе клинка, крестовине, кнопке, винтах и металлических частях ножен – инспекционные штампы приёмки. На спинке клинка штамп с монограммой правителя и годом принятия штыка на вооружение 1916. 

• Общая длина: 501 мм
• Длина клинка: 368 мм
• Ширина клинка: 26 - 34 мм 

Данные штыки времен Первой мировой войны были на службе немецкой армии и во время Второй мировой...

Практика использования немцами штыков с пилами широко осуждалось их противниками, которые видели в этом нарушение Женевской конвенции и поэтому считали ее незаконной.

Спустя десять лет после войны Эрих Мария Ремарк в своем романе «На западном фронте без перемен» (Im Westen Nichts Neues) (настоятельно рекомендую книгу к прочтению – прим. Conduit) опубликованном в Германии, в котором автор вспоминал: «Весь день мы соревнуемся в стрельбе по крысам и слоняемся как неприкаянные. Нам пополняют запасы патронов и ручных гранат. Штыки мы осматриваем сами. Дело в том, что у некоторых штыков на спинке лезвия есть зубья, как у пилы. Если кто-нибудь из наших попадется на той стороне с такой штуковиной, ему не миновать расправы. На соседнем участке были обнаружены трупы наших солдат, которых недосчитались после боя; им отрезали этой пилой уши и выкололи глаза. Затем им набили опилками рот и нос, так что они задохнулись. У некоторых новобранцев есть еще штыки этого образца; эти штыки мы у них отбираем и достаем для них другие». Конечно, страх быть пойманным с таким штыком был достаточно реальным.

Пропаганда того времени использовала такие штыки в целях устрашения как пример немецкого варварства, в то время, как Великобритания и Бельгия в девятнадцатом веке имели на вооружении штыки с пилами для выдачи специализированным войсками, Швейцария продолжала это делать после завершения войны. Применение таких штыков в качестве инструмента было проигнорировано, и акцент был сделан на ужасные раны, которые они якобы наносили. И если штыки S98/05 с пилами действительно вызывали страх у британских и французских войск, то не меньший, а то и больший страх от их использования испытывали войска, которым фактически приходилось их применять из-за распространенных на фронте слухов о том, что может случиться с теми, кто был захвачен в плен с таким штыком. Эти слухи разрослись сверх разумных пределов и стали частью принятой истории.

 Еще 19 июля 1915 года штаб 1-го резервного батальона 12-го баварского королевского пехотного полка (Königlich Bayerisches 12. Infanterie-Regiment Prinz Arnulf I. Ersatzbataillon) направил донесение в 4ю пехотную бригаду (Stellvertretende 4.Infanterie-Brigade) о том, что в подразделении возникли проблемы с выдачей резервистам штыков с пилами, так как солдаты опасаются идти в бой с таким оружием. В донесении также говорится, что по словам бойцов, попавшие в плен на Западном и Восточном фронтах расстреливаются противником на месте, если они захвачены с саперными штыками. В связи с этим батальон запрашивал разрешение на выдачу ручных пил вместо штыков, а также на замену штыков с пилами на обычные. Это донесение было перенаправлено в штаб 1-го армейского корпуса (Stellvertretendes Generalkommando des I.Bayerischen Armeekorps), а оттуда в военное министерство в Мюнхене, но никаких эффективные мер не было предпринято на протяжении еще двух лет. Наконец, 2 июля 1917 года баварский военный министр обратился к начальнику Генерального штаба сухопутных войск по поводу штыков с пилами, приложив копию донесениия. Министр вынес на обсуждение две предложения: во-первых, отменить штыки с пилами для использования в пехотных частях и второе, заменить их во всех частях, за исключением саперов, складными пилами Нориса. В письме подчеркивалось, что в действительности не зафиксировано подтверждений сообщениям о том, что пленные захваченные со штыками с пилами подвержены более жестокому обращению. Однако, поскольку среди войск на фронте укоренилось мнение, что такие штыки являются слишком опасными для ношения, их следует заменить. Месяц спустя, 6 августа 1917 года Военного министр Баварии направил сообщение в управление снабжения, что поскольку указом от 25 апреля 1917 года производство штыков с пилами фактически приостановлено, все оставшиеся запасы должны распределяться только среди саперов. 17 августа 1917 года главнокомандующий войсками генерал Людендорф, направил телеграмму с комментариями на запросы, сделанные генералом фон Сехтом, которые подтвердили, что опасения распространены среди солдат и унтер-офицеров на обоих фронтах, и попытки избавиться от штыков с пилами перед активными боевыми действиями носят достаточно массовый характер. Генерал просил немедленно приостановить производство таких штыков, что судя по всему на тот момент уже было сделано, и постепенно осуществить замену всех штыков с пилами. Он также упомянул о предложении баварского военного министерства о том, что складные пилы Норис должны выдаваться в гораздо большем количестве. Военное Министерство Пруссии приказало постепенную замену штыков с пилами на фронте 15 сентября. Через месяц, 17 октября, Военное министерство Баварии издало приказ в котором говорилось, что по согласованию с Верховным командованием и Военным Министерством Пруссии, все штыки с пилами на фронте должны быть заменены на такие же с простыми лезвиями. Действующие правила были изменены таким образом, чтобы все пехотные и егерьские батальоны, сдающие свои штыки с пилами, получили взамен дополнительные двенадцать складных пил увеличив их общее количество до двадцати четырех на каждый батальон. Фирма Möbelhaus Noris в Нюрнберге (Nürnberg) должна была обеспечить поставку пил по мере надобности. Приказ также предписывал, что все учебные подразделения и новообразованные части были быть вооружены штыками без пил. Всем оккупационным войскам (Besatzungsheere) полагалось обеспечить наличие не менее 50% простых штыков от общего количества штыков в подразделении. 5 ноября вышел дополнительный приказ о том, что некоторые учебные подразделения (Ersatztruppen) должны быть наполовину оснащены штыками S98/05 с пилами. Постепенная замена на штыки с пилами должна была произойти в частях резерва, несущих гарнизонную службу, с тем чтобы в конечном итоге снабдить все гарнизоны такими штыками. S98/05 с простыми лезвиями произведеные свыше квоты должны передаваться на хранение и выдаваться только войскам, отправляющимся на фронт. 3 декабря 1917 года Прусское военное министерство в Берлине издало указания о применении штыков с пилами. Войска связи (Etappen), не развернутые на передовой, сохраняли свои штыки и по-прежнему должны были снабжаться ими. Гарнизонные войска (Garnisontruppen) и тюремная охрана в Германии (Gefangenen-Bewachungs-Formationen des Inlandes usw) должны были вооружаться штыками с пилами вместо имеющихся штыков. Учебные подразделения (Ersatztruppen) должны были получить штыки с пилами в количестве до 50% от их потребностей. Приказы подчеркивали, что ответственность обеспечить неприменение штыков с пилами частями на передовой возлагается на командующих войсками и, требовалось проверять все войска, направляемые на фронт, а охрана складов и новосозданные части должны вооружаться только штыками с обычными клинками. 6 января 1918 года Прусское военное министерство издало приказ об удалении пил со штыков S98/05, а также с коротких штык-ножей S84/98. Приказ информировал, что удаление пил не сказывает отрицательно на боевых свойствах штыков и не делает их непригодным к службе в полевых условиях. Впоследствие, департаменту по поставкам вооружения и боеприпасов (Waffen- und Munitions-Beschaffungsamt) было поручено как можно скорее организовать удаление пил с упомянутых штыков. Таким штыкам было присвоено официальное обозначение S98/05 S.abg., что представляло собой сокращенную форму от Sägeabgeschliffen, означающее «пила удалена». В приказах не содержалось каких-либо ограничений на использование таких штыков на передовой, но со ссылкой на инструкции от 3 декабря было рекомендовано, что штыки с пилами должны выдаваться только упомянутым войскам в тех случаях, когда штыки предназначались исключительно для ношения, чем для использования по назначению. К 1918 году S98/05 были широко распространены в тыловых частях и, соответственно большинство штыков с пилами избежали предписанных модификаций.

Тем не менее значительное количество штыков, за исключением S98/05 аА S, были модифицированы в 1918 году путем стачивания зубьев пил, и на сегодня такие штыки являются достаточно распространенным явлением.

Многие S84/98 были изменены подобным способом, а что касается штыков, редко используемых на фронте к 1918 году, то такие штыки как S98 и S98/02 редко подвергались изменениям. Также не известно ни одного примера эрзац-штыка со металлической рукоятью (Seitengewehr 88/98) на котором была бы удалена пила.