СШ 39 "Трехклепка"

Не копаный  складской шлем, с частично сохранившимся подшлемником. 

Антуражная каска в коллекцию. музей или для военной реконструкции.

Из Истории. Стальной советский шлем:

Перед войной испытания СШ-40 проводились на Щуровском полигоне под Москвой. Ведущий специалист по броневым шлемам — подполковник В. Орлов.

В годы войны выпускался металлургическими заводом «Красный Октябрь» и Лысьвенским металлургическим заводом, затем в связи с боями за Сталинград только последним.

Приёмочные испытания готовой продукции включали выборочную (от партии) оценку бронестойкости шлема в тире предприятия обстрелом простой пулей, патрон с приведённым (уменьшенным) зарядом, из 7,62-мм винтовки образца 1891/30 годов. Дистанция стрельбы составляла 25 метров.

Скорость предела кондиционных поражений (ПКП) шлема составляла порядка 300 м/с.

Конструкция СШ-40 отличается от предыдущей модели, СШ-39, используемым подтулейным устройством, более простым и крепким. Отсюда и главное их внешнее отличие: в СШ-40 для крепления подтулейного устройства применялось шесть заклёпок, в СШ-39 — три. Подтулейное устройство состоит из трёх частей-«лепестков», изготовленных из дерматина, искусственной кожи или ткани, которые в верхней части шлема соединяются шнурком, предназначенным для регулировки (подгонки) СШ для удобства ношения. С внутренней стороны каждого лепестка находится амортизационная подушечка, изготовленная из ваты. Брезентовый подбородный ремень состоит из двух частей-половин, присоединенных к кольцам на боковых сторонах шлема. Одна из частей на свободном конце имеет скользящую пряжку; конец другой половины обжат полукруглой металлической оправкой.
В отличие от предыдущих образцов стальных шлемов, СШ-40 выпускался только трёх размеров («номеров»). Масса стальной части шлема (без подтулейного устройства) самого большого размера — 800 г. «Работу принимала комиссия, которую возглавлял Семен Михайлович Буденный. Он внимательно осмотрел изготовленный сотрудниками лаборатории шлем и …взялся за шашку. Удивленный выбором оружия, я усмехнулся. Заметив это, Семен Михайлович пояснил, что шашкой хороший кавалерист разрубает врага от плеча до пояса, — пуля такой силы не имеет. Конечно, Буденный был опытный „рубака“, и клинок из закаленной златоустовской стали, подаренный ему рабочими, был сильным испытательным оружием в его руках. Но тут, если можно так выразиться, коса нашла на камень. Свистнул рассекаемый шашкой воздух — и тут же звякнул шлем. Буденный с удивлением осмотрел место удара: „Скажи, пожалуйста, ему хоть бы что!“, и он взялся за наган. Стрелял Семен Михайлович сначала с двадцати пяти метров, затем — с десяти, почти в упор. После каждого выстрела шлем подскакивал, пули рикошетили, и я очень боялся, как бы они не попали в Буденного. За судьбу шлема я был спокоен и не волновался.